СОЛИТАРНАЯ ФИБРОЗНАЯ ОПУХОЛЬ/ГЕМАНГИОПЕРИЦИТОМА: РЕЗУЛЬТАТЫ ЛЕЧЕНИЯ ПО КЛАССИФИКАЦИИ

ВОЗ 2016 Г.

Актуальность исследования

Солитарная фиброзная опухоль/гемангиоперицитома (СФО/ГПЦ) – это новое комбинированное образование, для которого в классификации опухолей ЦНС ВОЗ 2016 года была введена система классификации мягких тканей от I до III. Результаты лечения этого нового заболевания требуют оценки.

Методы

Авторы ретроспективно переоценили патоморфологические находки и медицинские карты пациентов с СФО/ГПЦ. В это исследование вошли 60 пациентов (27 мужчин и 33 женщины, средний возраст 42,5 года, диапазон 13–69 лет), лечившихся в больнице Северанс в период с февраля 1981 г. по февраль 2016 г. Четыре, 40 и 16 пациентов были отнесены к категории пациентов с I степенью СФО/ГПЦ, II и III соответственно. Среди этих пациентов СФО, диагностированные у 7 пациентов, были перегруппированы в степени I (n = 4), II (n = 2) и III (n = 1).

Полученные результаты

Медиана общей выживаемости (ОВ) составила 73,2 месяца (диапазон 1,4–275,7 месяцев), а выживаемость без прогрессирования (ВБП) после первой операции составила 53,8 месяца (диапазон 1,4–217,7 месяцев). У шести пациентов (10%) наблюдались экстракраниальные метастазы в течение среднего периода 103,7 месяца (диапазон 31,9–182,3 месяца). У 19 пациентов (31,7%) были рецидивы опухоли. Пациенты группы III степени имели более короткие ВБП и OВ, а также более короткий период до экстракраниальных метастазов по сравнению с пациентами группы II степени. В группе II степени у пациентов, перенесших общую резекцию, ВБП была выше, чем у пациентов, перенесших субтотальную резекцию; однако разницы в ОВ не было. Пациенты, которым проводилась адъювантная лучевая терапия (ЛТ) после операции, имели более длительний период ВБП по сравнению с пациентами, которым не проводилась адъювантная лучевая терапия.

Выводы

Группа СФО/ГПЦ степени I показала относительно доброкачественное течение по сравнению с таковыми из других групп. Группа III степени представила течение более агрессивного характера, чем группа II степени. В группе II степени СР и адъювантная ЛТ была достоверно связана с более длительним периодом ВБП. Долгосрочное наблюдение и периодическая системная оценка являются обязательными для выявления системных метастазов.

Ключевые слова: солитарная фиброзная опухоль; гемангиоперицитома; классификация ВОЗ; центральная нервная система; тотальная резекция; субтотальная резекция; онкология

Сокращения: СР = степень резекции; ХГН = Хирургия гамма-ножом; ТР = тотальная резекция; ГПЦ = гемангиоперицитома; ОВ = общая выживаемость; ВБП = выживаемость без прогрессирования заболевания; ЛТ = лучевая терапия; СФО = солитарная фиброзная опухоль; СТР = субтотальная резекция.

Стаут и Мюррей впервые описали гемангиоперицитомы (ГПЦ) в 1942 году. HPC – это редкие агрессивные мезенхимальные опухоли. В ЦНС ГПЦ составляют 2,5% менингеальных опухолей и менее 1% внутричерепных опухолей. Большинство радиологических характеристик сходны с теми, которые обычно связаны с менингиомами, но ГПЦ ЦНС имеют высокую склонность к местным рецидивам и экстракраниальным метастазам, в отличие от менингиом.

О солитарных фиброзных опухолях (СФО) сообщалось с первым подробным гистологическим описанием плевральной массы в 1870 году Вагнером. Поскольку СФО в ЦНС были впервые представлены в 1996 году, СФО ЦНС обычно считались доброкачественными (опухоли I степени по классификации ВОЗ). Однако их клиническое поведение оказалось непредсказуемым, и было несколько сообщений о злокачественном клиническом течении болезни.
Среди патоморфологов продолжаются споры о том, как лучше всего различать СФО и ГПЦ из-за частой ошибочной диагностики ГПЦ как СФО, и наоборот.

Недавняя работа показала, что большинство СФО и ГПЦ в мягких тканях имеют инверсии в 12q13, слияние генов NAB2 и STAT6; таким образом, термин «ГПЦ» больше не используется, и эти 2 заболевания были объединены в один термин «СФО». Соответственно, после многих исследований ГПЦ и СФО в ЦНС они были включены в новую структуру «солитарная фиброзная опухоль/гемангиоперицитома (СФО/ГПЦ)» в классификации опухолей ЦНС ВОЗ 2016 г.

Из-за редкости этой новой организации и недавнего введения схемы оценки ВОЗ, мы сообщаем о нашем 35-летнем опыте лечения 60 пациентов с СФО/ГПЦ в нашем учреждении.

Методы

Исследуемая популяция и сбор данных

В это исследование были включены пациенты с СФО и ГПЦ, проходившие лечение в нашем учреждении (Университет Йонсей, больница Северанс) в период с февраля 1981 г. по март 2016 г. Патоморфологические данные были проверены для подтверждения диагноза СФО и ГПЦ с помощью электронной микроскопии и иммуногистохимического окрашивания на CD34, CD99 и STAT6.

Присутствие CD34 и CD99 было подтверждено иммуногистохимически во время постановки диагноза. Иммуногистохимическое окрашивание STAT6 предыдущих парафиновых блоков патоморфологических препаратов было выполнено для этого исследования опытным нейропатморфологом (S.H.K.). Мы также ретроспективно изучили медицинские карты этих пациентов, чтобы извлечь соответствующую информацию. Информация включала подробную информацию о возрасте и поле пациента, результатах патоморфологического исследования, результатах рентгенологического исследования, степени резекции (СР), адъювантной терапии, послеоперационных осложнениях, локальном или отдаленном рецидиве и экстракраниальных метастазах при последнем наблюдении. СР оценивался как тотальная резекция (ТР) или субтотальная резекция (СТР). СР был установлен на основании оперативных записей и был определен как «общий объем» после подтверждения с использованием доступной послеоперационной визуализации, такой как МРТ.

Послеоперационная адъювантная терапия, такая как дистанционная лучевая терапия(ЛТ) и хирургия гамма-ножом(ХГН), проводилась в течение 6 месяцев после первой операции.

В классификации ЦНС ВОЗ 2007 г. ГПЦ были указаны как опухоли II или III степени по классификации ВОЗ, а критерии диагностики анапластических ГПЦ – как III степень по ВОЗ, которые включали высокую митотическую активность (> 5 на поле зрения) и/или некроз и не менее 2 следующих признаков:

кровоизлияние, ядерная атипия от умеренной до высокой и высокая клеточность. СФО не были классифицированы в классификации ЦНС ВОЗ 2007 года и обычно считались доброкачественными (опухоли I степени по ВОЗ). Однако 10% СФО показали более агрессивное поведение, местный рецидив и отдаленные метастазы. Основываясь на патоморфологических результатах, таких как митотический индекс, клеточность, некроз и ядерная атипия, мы разделили наших пациентов с СФО/ГПЦ на пациентов со степенью I по классификации ВОЗ, опухоли II или III степени в соответствии с системой классификации ВОЗ для опухолей ЦНС 2016 года. Для целей этого исследования опытный патоморфолог (S.H.K.) независимо изучил патоморфологические срезы.

Выживаемость без прогресирования (ВБП) рассчитывалась с момента первой операции до даты подтверждения местного рецидива и экстракраниальных метастазов. Местный рецидив был определен как определенное доказательство роста опухоли в операционном поле при последующих послеоперационных исследованиях. Экстракраниальные метастазы считались присутствующими, если симптоматические или бессимптомные поражения вне ЦНС были подтверждены с помощью визуализирующих исследований, таких как ПЭТ-КТ, КТ и МРТ. Период до метастазирования определялся как время от первой операции до подтверждения экстракраниального метастазирования. Общая выживаемость (ОВ) рассчитывалась как время от начальной операции до смерти или даты последнего послеоперационного наблюдения.

Статистический анализ

Демографические характеристики пациентов в каждой группе сравнивались с использованием независимых двухвыборочных t-критериев и критериев кси-квадрат для непрерывных и категориальных переменных соответственно.

Кривые выживаемости для каждой группы были построены с использованием метода Каплана-Мейера и сравнены с использованием критериев лог-ранга (Мантел-Кокса). Все статистические анализы были выполнены с использованием программного обеспечения SPSS (версия 18.0 KO, SPSS Korea), при этом p <0,05 считалось статистически значимым.

Полученные результаты

Популяция пациентов

Характеристики пациентов, включали возраст, пол, степень патологии, СР, адъювантное лечение, рецидивы и экстракраниальные метастазы. С февраля 1981 г. по март 2016 г. в нашем учреждении лечились в общей сложности 60 пациентов с СФО/ГПЦ. Средний возраст 27 мужчин и 33 женщин составлял 42,5 года (диапазон 13–69 лет). Патоморфологический диагноз СФО/ГПЦ был сделан путем выявления типичных признаков, таких как разветвление сосудистой сети типа «оленьего рога», широко распространенное окрашивание ретикулином, отсутствие окрашивания эпителиальных мембранных антигенов, электронно-микроскопическое изображение и иммуногистохимическое окрашивание на CD34, CD99 и STAT6. На основе критериев ВОЗ 2016 г. 4, 40 и 16 пациентов были классифицированы как имеющие опухоли СФО/ГПЦ степени I, II и III соответственно. Всем пациентам выполнена резекция. Всего 40 пациентов (66,7%) перенесли ТР и 20 (33,3%) – СТР.

С 1981 по 2003 год мы пролечили 22 пациента. Среди них 11 пациентов получали адъювантную лучевую терапию (ЛТ). С тех пор мы все больше осознаем важность адъювантной терапии ГПЦ. Таким образом, адъювантная терапия была проведена всем 38 пациентам, пролеченным с 2004 г., за исключением 4 пациентов, которые были отнесены к группе I степени. Из этих 34 пациентов 28 получали адъювантную ЛТ и 6 получали ХГН. ХГН выполняли только при остаточных поражениях после СТР. Однако адъювантная ЛТ была основным методом адъювантной терапии и проводилась независимо от СР в нашем учреждении. Адъювантная лучевая терапия применялась у 65% (39/60) пациентов после первой операции, независимо от СР, а средняя доза составила 5940 сГр (диапазон 5000–6600 сГр, 1,8–2,2 Гр / фракция, 23–33 фракции).

Повторная лучевая терапия была проведена только у 1 пациента, который получил адъювантную лучевую терапию и имел внутричерепное диссеминирование; доза составила 5880 сГр (2,1 Гр, 28 фракций). Адъювантная ХГН была проведена на любых остаточных опухолях после СТР и назначена только 6 пациентам. Средняя предельная доза составляла 15 Гр (диапазон 13–15,5 Гр). Кроме того, ХГН была проведена у 8 пациентов, которые не получали адъювантную ХГН, и проводилась при небольших рецидивирующих поражениях, которые не показывали определенной внутричерепной диссеминации, со средней предельной дозой 15 Гр (диапазон 14-17,5 Гр). Общее количество обработок ХГН, проведенных этим пациентам, составило 26. Средняя предельная доза составляла 15 Гр (диапазон 14–18 Гр).

Пациенты находились под наблюдением нейроонкологических бригад в соответствующих клиниках. Все пациенты посетили больницу в течение 3 месяцев после операции и регулярно посещали амбулаторную клинику с ежегодной контрольной визуализацией головного мозга. Частота рецидивов после первоначального лечения в нашем исследовании составила 31,7% (19/60).


Мы выполнили 12 повторных ХГН и 1 повторную ЛТ для второго или более рецидива. Частота экстракраниальных метастазов составила 10% (6/60) со средним периодом метастазирования 103,7 месяца (диапазон 31,9–182,3 месяца).

Пациенты, которым ранее был поставлен диагноз СФО

Впервые диагноз СФО ЦНС был поставлен в 2005 году, и впоследствии в нашем учреждении прошли лечение 7 пациентов с СФО ЦНС. В группе СФО 4, 2 и 1 пациент были классифицированы как имеющие опухоли I, II и III степени соответственно. Был 1 случай рецидива и ни одного случая экстракраниальных метастазов или смерти. Срок наблюдения в группе СФО был короче, чем в группе ГПЦ. Мы не проводили статистический анализ между двумя группами, потому что он больше не имел никакого клинического значения после новой классификации ВОЗ.

Группы по классификации ВОЗ

СФО/ГПЦ Grade I

В группу I степени по ВОЗ входило 4 пациента. В этой группе не было рецидивов или экстракраниальных метастазов, средний период наблюдения составил 42,9 месяца (диапазон 14,9–78,6 месяцев). Мы не проводили адъювантную лучевую терапию, потому что патологические результаты не показали митоза, высокой клеточности или ядерной атипии.

СФО/ГПЦ Grade II

При первой операции в группе II степени по классификации ВОЗ ТР была достигнута у 27 пациентов (67,5%), а СТР – у 13 пациентов (32,5%). Группа ТР включала 8 пациентов (29,6%) с рецидивом и имела относительно меньшую частоту рецидивов, чем группа СТР (n = 8, 61,5%). Однако разница в частоте рецидивов не была статистически значимой (p = 0,054). Напротив, медиана ВБП в группе ТР составила 126,6 месяцев, что значительно больше, чем в группе СТР (53,4 месяца, p <0,001). Частота рецидивов через 1, 5 и 10 лет в группе ТР составила 0%, 5,3% и 44,7%, в то время как частота рецидивов через 1 и 5 лет в группе СТР составила 8,3% и 68,6% соответственно. (p <0,001). График OВ не показал значимой разницы между двумя группами (p = 0,315).

Двадцать пять пациентов из группы II степени по классификации ВОЗ прошли послеоперационную адъювантную лучевую терапию. Эта группа показала значительные преимущества в ВБП по сравнению с группой, получавшей лечение без адъювантной ЛТ (p = 0,025). Частота рецидивов через 1, 5, 10 и 15 лет в группе, получавшей адъювантную ЛТ, составляла 0%, 0%, 55,5% и 70,3% соответственно, в то время как 1-, 5- и 10-годовая частота рецидивов в группе, получавшей лечение без адъювантной ЛТ, составила 7,7%, 55,1% и 73,1% соответственно. Пациенты, получавшие адъювантную лучевую терапию, не имели значительного преимущества в отношении общей выживаемости по сравнению с группой, получавшей лечение без адъювантной лучевой терапии (p = 0,946). Показатели 1-, 5-, 10- и 20-летней выживаемости в группе, получавшей адъювантную ЛТ, составляли 100%, 100%, 59,3% и 19,8% соответственно, в то время как 1-, 5-, 10-, и 20-летняя выживаемость в группе, получавшей лечение без адъювантной ЛТ, составляла 100%, 100%, 74,1% и 11,6% соответственно. В группе адъювантной лучевой терапии основными причинами смерти были экстракраниальные метастазы у 2 пациентов и системные инфекции у 3 пациентов, связанные с неврологической болезнью из-за внутричерепного рецидива. Причинами смерти в неадъювантной группе были 1 случай экстракраниальных метастазов, 4 случая внутричерепной диссеминации, 1 случай внутрижелудочкового кровотечения, 1 случай кровотечения из остаточной опухоли, 2 случая менингита и 1 случай системной инфекции, связанной с рецидивом.

Экстракраниальные метастазы возникли у 5 пациентов (12,5%) группы II степени по классификации ВОЗ. Было 5 случаев экстракраниальных метастазов в группе ТР и ни одного случая в группе СТР. Внутричерепной рецидив был отмечен только у 2 из 5 пациентов, а у остальных 3 пациентов были выявлены экстракраниальные метастазы без местного рецидива. Адъювантная ЛТ была проведена 4 из этих 5 пациентов. Средняя продолжительность до случая метастазирования составила 111,3 месяца (диапазон 74,4–182,3 месяца).

Сравнение групп СФО/ГПЦ Grade II и III

Группа ВОЗ III степени продемонстрировала более агрессивное клиническое течение по сравнению с группой II степени ВОЗ . ВБП группы III степени достоверно не отличался от группы II степени (p = 0,869). В группе III степени по ВОЗ был только 1 случай экстракраниальных метастазов. Период до метастазирования у этого пациента составил 31,9 месяца, что относительно короче, чем у пациентов группы II степени, хотя эта разница не была значимой. Медиана ОВ в группе III степени составила 103,9 месяца, что значительно короче, чем у группы II степени (p = 0,003). 1-, 5-, 10- и 20-летняя выживаемость группы ІІ степени составила 100%, 100%, 69,6% и 14,8%, соответственно, в то время как показатели 1- и 5-летней выживаемости группы ІІІ степени составили 92,3% и 71,8% соответственно.

Обсуждение

С момента их первого включения в классификацию опухолей ЦНС ВОЗ 2002 г., СФО и ГПЦ считались отдельными объектами. СФО была классифицирована как опухоль с доброкачественным течением, в то время как ГПЦ считался местно агрессивной. Эта концепция осталась неизменной в редакции ВОЗ 2007 года, и ГПЦ были далее разделены на ГПЦ и анапластические ГПЦ, которые были классифицированы как классы II и III по классификации ВОЗ 2016 года. В ранних исследованиях СФО некоторые авторы сообщали о вялотекущем росте, низкой частоте рецидивов и почти полном отсутствии экстракраниальных метастазов. Однако другие авторы сообщали о СФО с агрессивным характером, показывающим высокую частоту рецидивов и экстракраниальных метастазов. Эти 2 заболевания привели к многочисленным дебатам среди патоморфологов о том, как лучше различать СФО и ГПЦ. Из-за большого совпадения патоморфологических и клинических признаков и отсутствия четких диагностических критериев эти две сущности часто путались друг с другом при диференциальнойц диагностике. Однако, слияние генов NAB2 и STAT6 и сверхэкспрессия STAT6 были зарегистрированы как в СФО, так и в ГПЦ; поэтому эти 2 заболевания были объединены в одну группу в классификации мягких тканей и костей ВОЗ 2013 г. Основываясь на этих концепциях, несколько авторов сообщили, что СФО ЦНС и ГПЦ присутствуют со слиянием NAB2-STAT6 и иммуногистохимическим окрашиванием STAT6.

В отличие от патоморфологов, нейропатоморфологи продолжали использовать термин «гемангиоперицитома». Поэтому в классификации опухолей ЦНС ВОЗ 2016 г. был создан комбинированный термин «СФО/ГПЦ». На основе шкалы СФО/ГПЦ, описанной в классификации ЦНС ВОЗ 2016 г., мы проанализировали патологические результаты, включая клеточность, митоз и ядерную атипию. Уровни II и III по классификации ВОЗ были дифференцированы на основании порогового значения 5 или более митозов на 10 полей зрения. Критерии I степени по классификации ВОЗ включали отсутствие ядерной атипии и высокой клеточности, в зависимости от определения нашего нейропатоморфолога.
В нашем исследовании у 7 пациентов ранее были диагностированы СФО. Впервые она была диагностирована в 2005 году. Таким образом, в нашем учреждении средний период наблюдения в группе СФО не был долгим по сравнению с таковым в группе ГПЦ. Среди этих 7 пациентов 4, 2 и 1 были классифицированы как имеющие опухоли I, II и III степени соответственно. Случаи СФО в нашем исследовании показали относительно доброкачественное и вялотекущее течение, с 1 рецидивом, без летальных исходов и экстракраниальных метастазов. Однако мы провели адъювантную ЛТ у 2 пациентов с высокой клеточностью и высоким митотическим индексом по результатам патоморфологического исследования. Таким образом, этот подход кажется правильным даже без наличия установленного протокола лечения СФО.
Некоторые авторы сообщили о значительной доле экстракраниальных метастазов среди случаев СФО. В одном исследовании клинические характеристики СФО сравнивались с таковыми для ГПЦ, включая соотношение полов, местонахождение и возраст пациентов на момент обращения. Однако эти клинические и патоморфологические сравнения вызвали много споров среди патоморфологов. Более того, эти сравнения больше не имеют клинического значения.

В предыдущих исследованиях 85–90% СФО показали доброкачественное, вялотекущее клиническое течение. Эта группа стала группой СФО/ГПЦ степени I. На основании патоморфологических результатов мы не проводили адъювантную ЛТ в группе I степени. ТР была достигнута у 3 пациентов (75%), а СТР – у 1 (25%). Средний период наблюдения составил 34,3 месяца (диапазон 14,9–78,6 месяцев); тем не менее, для выявления непредсказуемого клинического поведения необходимы более длительные периоды наблюдения.
Ряд авторов сообщили о значительной корреляции между ТР и улучшением выживаемости. Показатели ТР, указанные в их исследованиях, варьировались от 50% до 83,3%. Однако, эти исследования не включали оценки ВОЗ. В нашем исследовании показатель ТР составил 66,7%. В группе II степени по классификации ВОЗ частота ТР составила 67,5%. Группа ТР имела значительно более длительный период ВБП по сравнению с группой СТР в группе II степени по ВОЗ. Более того, в группе ТР частота рецидивов была ниже, чем в группе СТР, хотя разница не была значительной. Однако, в отличие от других исследований, не было существенной разницы в OВ между группами ТР и СТР в группе II степени по ВОЗ. Кроме того, пациенты с адъювантной ЛТ имели значительно более длительный период ВБП по сравнению с пациентами без адъювантной ЛТ в группе II степени по ВОЗ. Melone et al. и другие группы сообщили, что адъювантная ЛТ увеличивала время до первого рецидива; наши результаты подтверждают результаты предыдущих исследований. В другом исследовании сообщалось, что адъювантная ЛT оказывала значительное влияние на OВ. Однако наши результаты показали, что не было существенной разницы в OВ между группами с адъювантной и неадъювантной ЛТ. Эти результаты показали важность агрессивного лечения, включая стереотаксическую радиохирургию и лучевую терапию после рецидива. Некоторые авторы сообщают, что стереотаксическая радиохирургия эффективна в борьбе с заболеванием после рецидива. Другое исследование показало важность мультимодального лечения рецидива ГПЦ. Хотя группа ТР и адъювантной лучевой терапии не показала большого преимущества для ОВ по сравнению с группой СТР и неадъювантной ЛТ, эти факторы могут увеличить безрецидивный период пациентов. Врачи пытались удалить как можно больше опухоли во время операции, даже если они выполняли СТР. Для получения эффективных результатов адъювантного лечения важно максимально снизить опухолевую нагрузку на пациента. Даже после СТР адъювантная ЛТ имеет значение для поддержания ОВ пациента, аналогичной группе ТР. Более того, даже после рецидива варианты активного лечения, такие как повторная операция, повторная ХГН и повторная ЛТ, имеют значение для поддержания ОВ. Мы выполнили 12 повторных ХГН и 1 повторную ЛТ после второго и более рецидивов.

Например, у 51-летнего мужчины была большая опухоль в правой височной доле, каменнистой части височной кости и области мостомозжечкового угла. Были выполнены запланированная операция второго этапа и адъювантная ХГН по поводу остаточного поражения кавернозного синуса. Результаты патоморфологического исследования указали на СФО; таким образом, она была классифицирована как степень II по классификации ВОЗ. У пациента возник рецидив опухоли через 35 месяцев после первоначального лечения. После второй ХГН у пациента наблюдались рецидивы через 24, 29, 7 и 28 месяцев после каждого активного лечения соответственно. Пациенту выполнено 4 процедуры ХГН, 1 лучевая терапия и 1 повторная операция. Пациент остается жив через 11,6 лет после первой операции.

Классификация ЦНС ВОЗ 2007 года представила анапластические ГПЦ. С момента введения ВОЗ степени III в недавних исследованиях изучались различия в результатах между двумя степенями ГПЦ. Некоторые авторы сообщили, что частота рецидивов III степени выше, чем у II степени. Damodaran et al. сообщили, что группа II степени значительно улучшила выживаемость по сравнению с группой III степени (216 против 142 месяцев, p = 0,044). Однако в своем исследовании группа II степени не показала существенной разницы в частоте рецидивов. Их результаты аналогичны результатам нашего исследования. В нашей группе III степени по ВОЗ ОВ была значительно короче, чем в группе II степени по ВОЗ. Однако различий в длительности периода ВБП между этими группами не было. Еще до того, как анапластическая ГПЦ была представлена в 2007 году, мы выполняли активную адъювантную ЛТ для ГПЦ для случаев более высокого уровня на основании результатов патоморфологических исследований. В этом исследовании 14 (87,5%) из 16 пациентов III степени по классификации ВОЗ прошли адъювантную лучевую терапию. Для сравнения, 25 (62,5%) из 40 пациентов II степени по классификации ВОЗ прошли адъювантную лучевую терапию. Мы считаем, что наша стратегия лечения болезни III степени привела к относительно более низкой частоте рецидивов в этой группе. Однако анализ OВ показал, что группа ВОЗ III степени имела более агрессивное течение заболевания по сравнению с группой II степени по ВОЗ, с более высокой смертностью и заболеваемостью, связанными с опухолью. Более длительные периоды наблюдения также необходимы для выявления рецидива у пациентов III группы по классификации ВОЗ.

Существуют разногласия по поводу экстракраниальных метастазов при СФО/ГПЦ. Общая зарегистрированная частота экстракраниальных метастазов варьирует от 2,6% до 56% . Наша частота экстракраниальных метастазов составила 10%. Guthrie et al. сообщили, что развитие экстракраниальных метастазов приводит к значительному сокращению периода выживания. В нашем исследовании экстракраниальные метастазы были причиной смерти у 3 из 6 пациентов. Самый короткий и самый длительный периоды метастазирования составили 7 месяцев и 20 лет соответственно. Самый длительный период до метастазирования составил 182,3 месяца. Более того, некоторые авторы сообщили, что более высокая степень опухоли связана с повышенным риском экстракраниальных метастазов. Однако другие показали, что более высокая степень опухоли и адъювантная ЛТ не коррелируют с экстракраниальными метастазами. В текущем исследовании, экстракраниальные метастазы не были связаны с длиной периода ВБП, адъювантной ЛТ и внутричерепным локальным рецидивом. Это непредсказуемые характеристики. Следовательно, долгосрочное наблюдение и тщательные клинические обследования для выявления экстракраниальных метастазов и определения их клинических характеристик должны проводиться через регулярные промежутки времени. Некоторые авторы рекомендуют регулярные рентгенограммы грудной клетки с интервалом в 6–12 месяцев в качестве недорогого варианта с последующей компьютерной томографией для выявления метастазов в легких. Мы проводили регулярные осмотры с использованием ПЭТ-КТ всего тела каждые 5 лет. В текущем исследовании у 6 пациентов были экстракраниальные метастазы. Метастатическое поражение подтверждено патоморфологическим исследованием у 5 пациентов. Один пациент проходил контрольную КТ через регулярные промежутки времени из-за очень небольшого поражения в легком, которое было впервые обнаружено с помощью ПЭТ-КТ.

Выводы

Пациенты в группе СФО/ГПЦ I степени по классификации ВОЗ показали более доброкачественное течение. Группа III степени была представлена ​​заболеванием более агрессивной природы и более короткой OВ по сравнению с группой II степени. В группе II степени СР и адъювантная ЛТ были значимыми факторами для более длительного периода ВБП. Кроме того, агрессивное лечение после рецидива важно для выживания пациентов. Долгосрочное наблюдение и периодическая системная оценка являются обязательными для выявления отсроченного рецидива и/или системных метастазов.

Благодарности

Это исследование было поддержано исследовательским грантом Медицинского колледжа Университета Йонсей (№ 6-2012-0205) и грантом Национального исследовательского фонда Кореи (NRF), финансируемым правительством Кореи (MSIP № 2014R1A2A1A10052762).

Конфликт интересов

Авторы сообщают об отсутствии конфликта интересов в отношении материалов или методов, использованных в этом исследовании, или результатов, указанных в этой статье.

Вклад авторов

Концепция и дизайн: Sung. Сбор данных: Sung, Moon, WS Chang. Анализ и интерпретация данных: Sung, SH Kim, WS Chang. Составление статьи: Сун. Критический пересмотр статьи: JH Chang, Sung. Рецензируемая представленная версия рукописи: JH Chang, Sung. Утвержден окончательный вариант рукописи от имени всех авторов: JH Chang. Статистический анализ: Сун.

Административная / техническая / материальная поддержка: SH Kim, Suh.


Руководители исследования: JH Chang, EH Kim, Kang, SH Kim, Lee, WS Chang.

Источник: https://thejns.org/view/journals/j-neurosurg/130/2/article-p418.xml?rskey=npLrd3&result=8
Обратитесь к нам за консультацией
Для предварительной записи на консультацию вы можете обратиться к КООРДИНАТОРУ клиники любым удобным способом и в любое время!
Приемные часы: 09:30 – 15:00
Онлайн консультирование удобным способом
Telegram Viber Messenger +380674651135

Напишите нам о своем диагнозе!

Вы можете обратиться к нам на консультацию в пн-пт с 9:30 до 14:00. Наша клиника расположена на третьем этаже 5 корпуса Института нейрохирургии им. Ромоданова (Майбороди 32). С собой желательно иметь МРТ-снимки головного мозга.

Необычная история еще одного пациента!

Made on
Tilda